МЧС Беларуси
Пожарные Могилевщины в отблесках чернобыльской беды: Виктор Азовцев
Катастрофа Века глазами очевидца: воспоминания Виктора Азовцева
«В подворьях на веревках висит белье, бегают кошки, собаки, куры, а на улицах нет ни одного человека, только пустые глазницы окон брошенных домов».
Нет, это не картина Апокалипсиса. Это воспоминания очевидца аварии на Чернобыльской АЭС, произошедшей 26 апреля 1986 года, Виктора Азовцева, который одним из первых молодым 25-летним сержантом был откомандирован на тушение торфяников и лесов в Брагинский район Гомельской области.
Справочно: Во исполнение указания МВД БССР от 22 мая 1986, первая группа пожарных в количестве 22 человек из Могилёва и Бобруйска была направлена в Гомельскую область на 15 суток с 24 мая по 7 июня 1986 года. Дислоцировались в поселке Комарин Брагинского района и в самом Брагине.
Из воспоминаний Виктора Азовцева (в 1986 году сержант внутренней службы Азовцев В.А. старший пожарный СВПЧ-1 по охране Ленинского района Бобруйска):
– 23 мая 1986 года я заступил на обычное суточное дежурство. Часов в девять вечера в часть приехал начальник и пригласил в кабинет меня, пожарного Сергея Тишкова и водителя Василия Иванова. Показал телефонограмму о командировании из нашей части трёх человек для выполнения специального задания в Гомельской области.
Нас отпустили домой собраться. На следующий день в 9.00 утра мы уже были в отделе пожарной охраны УВД Могилёвского облисполкома. Здесь с нами провели инструктаж о важности и ответственности нашей миссии и кратко разъяснили основные задачи командировки.
Мы получили по два комплекта постельного белья, обмундирование, командировочные деньги. Наша группа из 22 пожарных, направляемых в специальную командировку для ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, была первой с Могилёвщины. Поэтому все предстоящее было непонятно и неизвестно.
В командировку мы отправились в сопровождении ГАИ на своих пожарных автоцистернах: на УРАЛе из Боруйска и двух 130-х ЗИЛах из Могилёва.
По приезду в Брагин мы увидели, что пожарными и другими специальными машинами с крыш и самих домов смывали осевшую на них радиационную пыль.
После обеда в столовой, нас построили и объявили, кто и где будет работать и жить. Нашу группу поселили в здании школы посёлка Комарин.
Местные жители уже были отселены и посёлок опустел. Утром представитель управления пожарной охраны МВД БССР подполковник внутренней службы Леонид Зыль назначил меня старшим в группе и поставил задачу за семь дней потушить около 100 гектаров горящих торфяников, расположенных примерно в пяти километрах от АЭС.
Я больше других знал об опасности радиации, и какими могут быть последствия, так как срочную службу в вооружённых силах проходил в ракетных войсках стратегического назначения. Но страха не было, была работа.
Горение торфяников один из самых сложных, трудоёмких и довольно опасных видов пожаров. А тушение торфяников с осевшими продуктами радиационного выброса АЭС повышало радиационный фон во много раз. Но кто-то должен был это сделать немедленно, чтобы остановить радиоактивное пекло. И мы тушили. Работали практически весь световой день. Наш УРАЛ за день «съедал» все 300 литров топлива, заправленного в баки.
С поставленной задачей справились к установленному сроку, за что получили день для отдыха. Следующую неделю мы в основном тушили лес в километрах семи от Комарина. Военные бульдозером отсекали горящий участок от основной массы леса, а мы его тушили.
В период этой командировки мы каждый день, с утра до вечера, занимались тушением пожаров, делали дезактивацию, то есть смывали радиоактивную пыль с дорог. Помню, несколько раз забредали на территорию Украины. Мы же этот реактор видели. Какие там тридцать километров… Но мы ведь совсем молодые были, жизнерадостные, старались воспринимать это как обычную командировку. А она не была обычной, и многих моих товарищей уже нет в живых…
Работали на пожарах в специальной одежде пожарного под известным названием «боёвка». Из дополнительных средств защиты был только респиратор, причем один на весь срок. По возвращению с пожаров никакой обработки специальными средствами ни техники не одежды не производилось. Мы просто переодевались в запасной комплект форменной одежды.
На всю жизнь останется в памяти то тревожное состояние от огромных масштабов трагедии: необитаемые дома, безлюдные деревни, страдания голодных и обезвоженных животных, вызывавшее страх и ужас.
После этой командировки еще 14 лет Виктор Азовцев добросовестно служил во благо Родины. В июле 2000 года ушел на пенсию с должности старшего пожарного ПАСЧ №1 ПАСО №14 г. Бобруйска в звании прапорщика внутренней службы.
Сегодня будни ликвидатора наполнены заботой о семье, радостью от общения с внуками, с которыми он традиционно регулярно на велосипедах ездит рыбачить. Передает он внукам и азы строительства, коими владеет в совершенстве.
– Жалею ли я о том, что не отказался от поездки? Нет, это был мой долг, и я выполнил его сполна. Жалею, что в ночь с 25 на 26 апреля 1986 года человеческий фактор привел к самой чудовищной катастрофе, изменившей и загубившей жизни стольких людей.
Архивные материалы предоставлены председателем Могилевского областного отделения Белорусской общественной организации ветеранов органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям «Спасатель» Болеславом Протасом.
Будь готов
Другие новости
Назад
